Вы находитесь в комнате, стены которой растворены, а в потолок врезан осколок неба — в пространствах Таррелла всегда так: не сразу понятно, где заканчиваешься ты и начинается цвет. Он называет это искусством восприятия. Когда внутри инсталляции мозг не в состоянии разобрать, что именно перед тобой: плоскость, объём, падение в глубину или только воздух, бесшовно залитый светом без единого ориентира.
Минута: стены, пол, потолок исчезают.
Пять минут: глаз продолжает посылать сигнал, но мозг, не находя в нём структуры, теряет координаты. Эффект, от которого слепнут полярники: видимое становится невидимым не от темноты — света слишком много, и он невозможно ровный.
Десять минут: всё, что у тебя осталось — оголённое восприятие. И тишина.
Таррелл вырос в квакерской семье, где молитва проходит в полном молчании, отсюда и безмолвие, и внутренний свет, ставший внешним. Его инсталляции — молельни без конфессии. В них только ты, свет и отсутствие всего остального, чтобы услышать собственное зрение и осознать обманчивую дуальность восприятия.